Николай Викторович Дочкин (1935-2015)

Народный художник РФ. Почетный гражданин Тверской области
Вторник, 26.03.2019

ВЫСТАВКА "ОСЕННИЕ ОБРАЗЫ МАСТЕРА" (ПАМЯТИ ХУДОЖНИКА)

Выставка "Осенние образы Мастера" 

(в галерее пейзажа имени Е.И.Зверькова)

25 октября 2017 г. в Тверской галерее пейзажа им. Е.И. Зверькова открывается выставка произведений известного тверского живописца Николая Викторовича Дочкина. В экспозиции представлены работы разных лет. Начиная от ранних небольших по размеру пейзажей, таких как "Осенние дали" 1989 г., "Торжок. Осенний альбом" 1993 г., до работ, написанных в совершенно иной манере в самые последние годы. Это большие полотна "Звон осени" 2013 г., "Последний аккорд" 2013 г. Наряду с другими, мастерски исполненными осенними пейзажами, особый интерес представляют несколько работ байкальского цикла, написанные осенью 1987 г. в период пребывания художника на творческой даче в посёлке Листвянка (Байкал). Это "Скалистое ожерелье Байкала", "Дом бакенщика", "Бурный день на Ангаре". В их мощном цветовом звучании и сильнейшей энергетике раскрывается небывалый творческий напор и талант автора. Они давно не экспонировались на выставках и, несомненно, привлекут в себе особое внимание зрителей.

5 октября – день памяти народного художника России Николая Викторовича Дочкина. Родившийся в мае, в мажор буйного пробуждения природы, он ушёл из жизни в октябре под грустно-торжественное звучание листопада, как бы повторив своей жизнью, естественный природный цикл Земли. И кому же, как не ему, родной душе, Земля доверит воспевать её? И, заручившись доверием, он пел её божественность всю свою творческую жизнь… Легкое вхождение в образ - качество, подаренное ему самой природой, детская восторженная душа, наблюдательность и трудолюбие - всё это обеспечивало быстрое развитие его таланта и сохранялось, поддерживалось всю жизнь. Упорство и честность, правдивость в искусстве, как и в самой жизни, определяли художнику путь к постижению вещей и явлений, подлинных истин. С ним в ногу шагали Вера, прежде всего, в самого себя и бесконечная Доброта, внимательное и бережное отношение к любому человеку, ко всему живому на Земле.

Обращение художника Николая Дочкина к пейзажу закономерно. Божественный, сотворенный мир природы своей чистотой и открытостью всегда был близок и понятен ему, сродни его душе. Он видел и сам ощущал

тесную связь, взаимозависимость всего и всех в этом мире: воды, почвы, растений, животных, птиц, человека. Солнце и Небо определяют жизнь на Земле. Все жители сотворённого мира чутко откликаются на происходящее в нём. Человек же, созданный как подобие Бога, призван ещё и осмыслить этот мир, найти любовно-творческий подход к Природе в своём движении по жизни. Так художник-пейзажист создаёт живописный образ. «Когда пишешь, струйки пота текут между лопатками - так велико напряжение вхождения в образ. Тогда картина получается,» - говорил Николай Дочкин.

Художник ушёл, а работы остались. Работы как чувства, как мысли, как сгустки мощной энергии, адресованной и посланной людям. Такое искусство зовёт, притягивает, приглашает зрителя окунуться в магический мир, чтобы ещё раз увидеть, почувствовать, подумать о самом главном – о роли Человека на Земле и в Пространстве.

Всегда ли, всем ли понятно творчество Дочкина? Не всегда. И не всем. Поэтому примем давно выношенную им мысль: «Творчество – посыл в будущее». Это высказывание теперь на его надгробной плите.

Татьяна Малькевич, филолог, жена художника

>

>

ЗАМЕТКИ С ВЫСТАВКИ
"ОСЕННИЕ ОБРАЗЫ МАСТЕРА"

№1

Строгий мольберт. На нём – фотография Николая Дочкина, - портрет крупным планом: спокойное доброе лицо и живые умные глаза. Ниже, также крупно, чтобы все видели, написано: «Творчество – посыл в будущее», - так он однажды сказал, осмысляя свою Миссию Художника на Земле.

Так и писал, со всей силы, честно, стараясь донести до людей всё, что сам видел и чувствовал. « Я думаю, что он ещё не остыл… от любви. Значит он будет ещё что-то делать… Живопись его не прекращается, и любовь от неба до земли… восхищается человек, .. и если это передаётся публике, то, наверное, это то, что надо от художника. А что нужно от художника? Я думаю, это то единственное и нужно, чтобы он контакт имел с публикой и показал мне то, чего я не видел,» - сказал на открытии выставки, посвященной 70летию Н.Дочкина Заслуженный художник РФ Борис Фёдоров.

А видел и чувствовал Художник много,- ох, как много!- и для каждого своего замысла непременно имел особую форму для воплощения, способ выражения, которые удивительным образом роились в его голове, - тут не без Божьей помощи. «Я бы никогда не стал показывать свои работы, если бы работал в одном ключе… Каждая работа должна быть явлением…» - говорит Художник. И, действительно, видишь: нет ни намёка на приём, все работы очень разные, создание каждой продиктовано самой работой: ощущением, эмоцией, мыслью, идеей. «Движение кисти по холсту рождает сама среда, то есть художник находится во власти этой среды. Каждая работа имеет свой ключ к решению; она должна быть уникальной… Именно это и есть истинное творчество, искусство,» - размышлял Николай Дочкин. Такой подход дорогого стоит. Это и есть работа Творца; Творчество - для многих и многих поколений людей Земли, Творчество, - продиктованное Вселенной. «Николай Викторович, а с чего для Вас начинается творчество?» - спрашивают его. «Лист бумаги – это Вселенная…»- отвечает Художник, всегда существуя и творя именно в таких координатах Мироздания.

27 работ на выставке – 27 осенних образов, каждый из которых – жемчужина сам по себе. Мы условно разделили работы на 3 группы по времени их написания: наполненные энергией и насыщенные особым характерным цветом работы «Байкальской серии», создание которых относится к 1987 году; точные и тонкие по исполнению, эмоционально сильные, глубокие по мысли осенние пейзажи зрелого периода и написанные совсем по-новому, полотна-эксперименты – работы позднего периода творчества.

 

 

№2

Как будто случайно, нечаянно эти две картины подобрались к портрету Художника, - справа и слева. Или невидимая могущественная Рука намеренно выбрала их, чтобы поместить рядом, как бы обозначив некий «иконостас» в углу галерейного зала, в красном углу. Такое случается иногда на выставках.

«Последние листья» Художника - удивительная по свету картина. Чистый, серебристо-белый свет струится с полотна, распространяясь в воздухе, обволакивая мольберт с портретом. Он исходит от маленькой на холсте церкви с колокольней, на той стороне реки. Он льётся как помощь, тихим волшебным светом, освещая и освящая Пространство на этом берегу, - трогательные нежные деревья, едва удерживающие последние листья, - и проникает в самую глубину души зрителя, тревожа и умиротворяя. Облака, как всполохи на небе, Божественным ореолом подчеркивают святость и величие Действа. Это одна из последних работ Художника: увиденное его особым зрением и услышанное его Душой.

А справа от мольберта с портретом – церковь «Белая троица» на холсте, известная всем тверским жителям. Работа написана в 1990 году, ещё молодым художником, а в 2015-ом - его там отпевали. Удивительно красивая, белая-белая Троица стоит на перекрёстке дорог, по которым спешат земные люди по своим земным делам. А Она стоит, в самом центре холста, чуть наклонившись от прожитых лет, но, как всегда, неизменно сильная и торжественная, тянущаяся всеми своими маковками к Небу и призывающая всех к возвышенности и святости Духа.

…«А смерть – это тоже жизнь, только другая», - спокойно размышлял Николай Дочкин, думая о предстоящем Пути… И когда человек, оставляя бренное тело, вступает на этот Путь в своём Духовном облике,.. счастлив тот, у кого чист и светел этот Дух.

№3

 

"Звуки осени"

2012г.

х/м. 50х60

"Звон осени"

2013г.

х/м. 74х80

 

"Последний аккорд"

2013г.

х/м. 59,8х70

 

На поздних работах, неожиданных, на первый взгляд, для давних почитателей таланта Художника, и хочется остановиться, прежде всего.

После зрелого периода творчества, когда автор, бесконечно наслаждаясь Божественной Красотой Природы и, существуя в её организме и власти, писал Эмоцию и Мысль, пришло другое время, - время настоящего дня. Человек, объявив себя хозяином Вселенной, слишком грубо замахнулся на то, что является его «колыбелью» (так всегда говорил Художник) и исказил, испортил Божественное Творение, созданное по Законам Гармонии и Красоты. В художнике Дочкине – боль и протест (о чём говорит работа «Вымирание», показанная на предыдущей выставке), и поиск новых путей выражения себя: ведь и сам он, Природный организм, стал совсем другим.

Поздний этап творчества – это, прежде всего, обобщенность: обобщенность пейзажей, за которыми он раньше ездил на пленэр в поисках вдохновения от созерцания Красоты, - там её осталось немного.

Теперь – это всё та же Природа, только в городе, и, в основном, на набережной реки Волги и бульваре Радищева, - там, где больше простора и куда недалеко идти. Природа пишется без деталей (они искажены людьми), и вот от этой бездетальности автор идёт всё к большему и большему обобщению, экспериментируя, показывая суть произведения. Сила и энергия автора концентрируются на цветовом решении картин, что становится их доминантой.

Вспоминаются ставшие теперь как бы пророческими , полушутливые слова Заслуженного художника РФ Геннадия Самойлова на одной из более ранних выставок Н.Дочкина: «Николай Викторович из тех людей, которого возраст не касается совершенно, и, глядя на его энергию, почему-то кажется, что он только начинает. Можно об этом судить, глядя на его живопись: совершенно юношеские, смелые, очень энергичные , экспрессивные вещи появляются в последнее время. Создаётся впечатление, что он даже не набирает возраст, а наоборот, убавляет годы, возвращается, и если дальше так пойдёт, он начнёт писать, как (смеётся) воспитанник детского сада, – солнышко и деревья, - всё идёт назад. И это хорошо…» Хорошо! Потому что такое обобщение Мастера содержит не только его сильную эмоцию и мощную энергетику, его несомненное мастерство и яркий талант, но и подразумевает давно выношенную мудрую философскую мысль: автор ищет решение в самой сути Природы, по-прежнему доверяя Ей, веря в Её незыблемые Законы и опираясь на Первоисточник, в котором он так же, по-прежнему, черпает Силу и Вдохновение. И не есть ли детская картинка, на которой солнышко и деревья, всё той же сутью Природы, сутью Человеческого бытия, только написанная интуитивно, по зову чистой детской Души. Здесь Мастер и ребёнок схожи: соприкасаются их Души.

Таких работ на выставке – три. Смысл каждой из них – в её названии: «Звуки осени», «Звон осени», «Последний аккорд». Все названия музыкальны, и это то, что Художник увидел, а вернее, услышал в Природе, заглянув в её самую глубь, вычленив музыкальную составляющую, чтобы представить Красками её Непобедимую Гармоничную Красоту. Нет ничего сильнее Божества Природы, Её не разрушить человеку, если он хочет сохранить самого себя. Художник пишет Музыку Природы, и названия картин выстраиваются по нарастающей: звуки – звон – последний аккорд. Музыка необыкновенно мажорна и всепобеждающа, как сама Природа. Апофеозом звучит картина «Последний аккорд», построенная, как клавиши фортепьяно, на контрастных цветах, усиливающих друг друга. Это последний аккорд Осени, яркий, мощный аккорд!

 

№4

Байкальская серия работ особенно любима автором. Тому есть простая причина: Вселенская душа Байкала созвучна его Душе. Байкал всегда манил Художника, как тянет и манит всех, кому интересно заглянуть в Вечность, почувствовать и ощутить Её неизменные законы. И Николай Дочкин был одним из таких.

Как всегда, приступая к новому делу, он тщательно готовился: читал, раздумывал, старался представить, - искал в себе ту особую нить, тот единственно правильный путь, идя по которому, он найдёт свой Байкал. И нашёл. «Байкал чем интересен, - рассказывал он по возвращении, - там очень линза прозрачная, света много,.. и недаром там стоят телескопы, которые изучают явления на Солнце… И вода там потрясающая: она меняется; меняется небо - меняется вода...» И добавлял с восторгом: «Байкал светится звоном своим, необычайно! Байкал мощный, небо мощное, горы мощные!» Так, Николай Дочкин поставил себе художественную, живописную задачу: глубоко ощутив среду, проникнувшись ею, найти тот единственный точный цвет, - зорко увиденный, глубоко продуманный, тщательно вымеренный, - который присущ Байкалу, и учитывая его, всякий раз создавать новый, верный цветовой образ.

Живописная работа «Байкальское солнце», как нельзя лучше, демонстрирует это. Небольшая полоска неба, - на нём солнца не видно, - но свет Большого Светила, создавая Гармонию Природы, заливает всё пространство картины: вечные могучие горы на том берегу, воды Байкала, отделяющие эти горы от ближнего берега, и сам ближний берег, обжитый людьми, с сарайчиками и лодками, лежащими для просушки. Людской ближний берег особенно ярок и светел,.. и легковесен, преходящ по сравнению с плотной основательностью могучих гор. Спокойны синие воды Байкала, сверкающие на Солнце, вбирающие его лучи. И радостно бежит по ним беленький смелый кораблик, по тому фарватеру, что ближе к горам.

Такое цветовое решение картины отражает философский смысл, заложенный Художником уже при выборе сюжета: раскрывается мысль о сиюминутности и Вечности, которая лежит в основе многих работ Байкальской серии. В этой связи хотелось бы упомянуть ещё одну картину, «Дом бакенщика», - особенно пронзительный по своему звучанию осенний пейзаж с одиноким домом и одиноким деревом на этом, ближнем берегу. И живя в своей изоляции от всего мира, бакенщик добросовестно выполняет нужную и важную работу: пропускает суда по фарватеру. И единственная дорога у его дома заканчивается поворотом на Байкал. А на том берегу – всё те же вечные горы, покрытые непроходимым лесом, уже тронуты осенью; на них жёлтые пятна уходящего Света чередуются с серой синевой тумана… Картина, - трогающая ум, бередящая душу, щемящая сердце!

"Байкальское солнце"

1987г.

х/м. 41,5х43,5

"Дом бакенщика"

1987г.

х/м. 62х87

«Бурный день на берегах Ангары» как нельзя лучше показывает Природную Гармонию, цветовую зависимость воды и неба. «Меняется небо - меняется вода», - вспоминаем слова Художника. Грозные тучи, гряда за грядой, поднимаются из-за горизонта, плывут по бирюзовому небу, надвигаются на Байкал. Тучи разные: от светлых кучевых облаков вдали - до тёмных, почти зловещих, на переднем плане, нависающих над водой. Они многогранны и очень богаты по цвету. Солнце освещает их сверху, зажигая и заставляя сверкать. Оно также посылает Свет в окна бирюзовых пятен, и Лучи его попадают на Горы, Землю, Байкал.

Байкал – в смятении: в тревоге и растерянности. Он то освещается бликами света, то покрывается тенями туч. Кажется, его воды текут в разные стороны, подгоняемые меняющимся ветром. Волнуется, мечется Байкал…

"Бурный день на Ангаре"

1987г.

х/м. 60х89

Необыкновенно - живописное полотно «Скалистое ожерелье Байкала», - название, как всегда, раскрывает замысел автора. Здесь Байкал, залитый Солнечным Светом, показан во всей своей красоте, богатстве и величии: звучаньем глубокой холодной воды с многоголосьем оттенков - в сияющем обрамлении теплых, хрустально-скалистых гор.

"Скалистое ожерелье Байкала"

1987г.

х/м. 65х85

Читать подробнее о поездке на Байкал >>

№5

В отличие от Байкальской серии, пейзажи средней полосы совсем другие. «Здесь всё смотрится, как через марлю, - патина такая воздушная», - говорил Николай Дочкин. Поэтому все краски у него чуть приглушенные, - изысканно, изящно приглушенные, - в Природе увиденные, прочувствованные, воспринятые и положенные на холст. «Если ты эту среду не почувствовал, значит ты не художник», - такова его категоричная оценка.

И ещё: «…у художника должен быть образ в искусстве. Не делать скелет Природы, - вообщем-то, бездушный, равнодушно передавая один кустик, второй, - а чтобы был обобщенный сгусток энергии человеческой, что тебя взволновало. И вот это надо пронести от первого мазка на холсте до последнего, - на взлёте, - ну как рождается человек, - тоже, так и произведение. А когда его долго мучаешь, то получается нечто усреднённое… Природа не позирует, она живет своей жизнью, а художник, писатель, поэт, - он выбирает для себя главное, - то, что он хочет этим сказать. И я так вот работаю».

"Белёсый сентябрь"

1994г.

х/м. 36х44

Картина «Белёсый сентябрь» Николая Дочкина. Удивительно гармонично выстроенная работа автора, где «белёсость» или «патина», о которой он говорил, как бы закреплена уже в названии картины. В самом же пейзаже эта белёсость создаётся за счёт присутствия большого количества сухой травы, камыша у воды по обеим берегам реки на переднем плане. Что это? Грусть? Да, белёсость навевает нам грусть, лёгкую грусть по уходящему лету… Но не только. Также тихую радость, радость от увиденного открытия: осенний сентябрь бывает не только зелёно-желтым, но и утонченно перламутровым, цвета розового жемчуга. И за это новое видение мира, присутствующее в каждой картине, мы бесконечно благодарны Художнику.

"Последнее золото"

1998г.

х/м. 35х59

В работе «Последнее золото» «патина» приобретает золотисто-серебристый оттенок. И тоже звучит мягкая, грустная песня, прославляющая тихую осеннюю красоту.

"Последнее тепло"

1993г.

х/м. 33х47

На выставке есть ещё одно необыкновенно красивое полотно под названием «Последнее тепло». Оно тоже, отчасти, - в приглушенных тонах, но всё же ярче, интенсивнее за счёт красноватых всполохов на кустах, присутствия ещё теплого солнца и удивительного неба, написанного широкими свободными мазками поистине волшебной кистью Художника. Ощущение от этих мазков почти физическое: будто теплое солнце гладит тебя по щеке.

"Осеннее просветление"

1999г.

40х50

«Осеннее просветление» - ещё один перламутровый пейзаж, но совсем в другом ключе, с другой идеей. Это, прежде всего, работа-настроение, где автор настолько сливается с Природой, что название картины становится как бы общим: то ли это тучи чуть раздвинулись на хмуром осеннем небе, то ли на душе у Художника просветлело, - что обычно происходит одновременно, поскольку Человек, как задуман Создателем, есть природное существо, и живёт он в атмосфере Природы.

«Природа вокруг нас до такой степени разнообразная: и тонкая, и буйная, и весёлая, и грустная, и радостная, и щемящая, - говорил Художник, - вообщем-то, всё, что есть в нас, - это она одаривает нас этим… Конкурировать с Природой невозможно, потому что мы, всё-таки, есть малое отражение того Величия, какая Она есть на самом деле. Ну и не всё подвластно живописи...»

– Не всё подвластно живописи? – с удивлением спрашивают Мастера.

«Да, я считаю, что, во многом, и мы, как личности, не бываем готовыми к этому, эту Красоту увидеть. Ведь человек, который не бродит по лесу, не бывает за городом, не встречает ни утро, ни солнце, не слышит трели соловья,.. как он может судить? Во всё это надо окунуться, погрузиться, пережить. Это работа Души…»